Путин теряет инструмент влияния в мире - Edinstvo-Smi.ru | Edinstvo-Smi.ru |

Сегодня: г.

Путин теряет инструмент влияния в мире

В настоящее время в энергетике Европейского Союза главная политическая тема — зависимость ЕС от российских поставок природного газа. Об этом и не только мы спросили Мартина Воржишека с интернет-портала Energetice. cz.

Parlamentní listy: Как вы оцениваете ситуацию в сфере энергетической безопасности ЕС и ЧР?

Мартин Воржишек: Ситуация в энергетике в определенной мере специфична, потому что сегодня без энергии — буквально никуда. Государство, которое располагает запасами основных энергетических источников, имеет большое преимущество. Этого нельзя сказать о государствах Европейского Союза.

Европа зависит от импорта основных энергетических источников примерно на 53%. Большая часть из этого импортируется из России, что касается и газа, и нефти. По этой причине энергетика столь интересна в политическом плане, потому что благодаря зависимости от импорта энергетических источников можно оказывать давление на области, зависящие от импорта. «Сидеть» на запасах природного газа — это большое преимущество, а быть энергетически зависимыми означает проигрыш.

— Об этой сфере известно уже давно, но кардинальных сдвигов так и не произошло. Чем вы это объясняете?

— Европейский Союз знает об этой проблеме уже давно. Но только в начале 2014 года ЕС начал осознавать, насколько некомфортна та ситуация с газом, в которой он находится. И именно в тот период появились первые признаки формирования Энергетического союза. Часто проблема заключалась в том, что в намного большей степени от России зависит восток ЕС. А вот западные государства зависят от нее минимально. Это стало понятно по проекту Nabucco, который был призван снабжать всю Восточную и Центральную Европу, но в итоге так и не был реализован.

— Первоначально речь шла в первую очередь о совместной закупке газа. Эту идею поддерживает Польша. А теперь?

— Концепция вышла на совершенно другой уровень. Речь опять идет об общих энергетических целях, которые будет сложно реализовать. Побочным явлением большой важности мне кажется стремление развивать энергетическую инфраструктуру. Сегодня это ключевой вопрос в Европе — реверсные поставки газа и объединение рынков. Благодаря этому, собственно говоря, сегодня поставляется газ на Украину даже в ситуации, когда поставки из России ограничены.

Поэтому важно в достаточной степени соединить Европу. Кроме того, мы можем избавиться от российской зависимости и импортировать, например, СПГ из США или с Ближнего Востока и транспортировать его с помощью инфраструктуры по всей Европе.

— Должна ли сегодня Европа бояться недостатка газа? Или в случае отказа одного из источников он будет заменен другим?

— Несмотря на то, что зависимость от России часто критикуется, я не думаю, что это актуальная угроза. Россия экспортирует в Европу большую часть своего газа, а Газпром формирует 9% бюджетных поступлений российского правительства. Газпром не станет избавляться от своего ключевого рынка.

Несмотря на то, что идут работы над созданием газопровода «Сила Сибири» для снабжения Китая, для Европы как мажоритарного потребителя экспортного газа Газпрома это не представляет угрозы.

Кроме того, сохраняется тенденция к строительству новых газопроводов: будь то скорая замена отмененного проекта «Южный поток» на проект «Турецкий поток» или соглашение об увеличении пропускной способности «Северного потока» в два раза. Из этого ясно следует, что Россия хочет поставлять газ в Европу. Газпром хочет в первую очередь обойти Украину, с которой постоянно имеет проблемы в связи с неоплатой поставок газа. Сегодня зависимость Европы от газа, экспортированного из России, составляет около 30%. Но эта доля постепенно уменьшается, при этом увеличивается объем импорта газа, добытого в Северном море. Также еще остаются свободные мощности у СПГ-терминалов. Уже в этом году будет введен в эксплуатацию терминал на севере Польши, не заставят себя ждать и новые терминалы.

Но большую роль играет объединение инфраструктуры в ЕС, реверсное сообщение и прочее. Кроме того, Россия — не единственная проблема. Часть импорта поступает из Алжира и Ливии. Там тоже нельзя исключить обострения ситуации, и может случиться, что поставки будут ограничены. Так что дело не только в России.

— Вы сказали, Газпром хочет в первую очередь обойти Украину. А как вы оцениваете то, что Газпром заявил, что с 2019 года перестанет поставлять газ в Европу через Украину?

— Что Газпром заявляет и хочет — это одно. Но сначала ему нужно найти альтернативный путь в Европу. Более 90% своего газа Газпром поставляет в Европу, а что ему делать с ним еще? Другое дело — финансовая сторона вопроса. У Газпрома контракт на транспортировку газа со Словакией и Болгарией, который закончится только в 2028 и 2030 году. До этого времени он обязан платить согласно контракту даже в случае, если вообще не будет отправлять через Украину и далее через Словакию газ. Некоторые специалисты утверждают, что Газпрому это может обойтись в 1 миллиард евро. Боюсь, что Газпром не может себе этого позволить.

— Из-за препирательств Европейской комиссии и российского Газпрома был отменен проект «Южный поток», тогда почему «Турецкий поток» должен сработать?

— Преимущество «Турецкого потока» заключается в том, что он не проходит по территории ЕС и поэтому не противоречит третьему энергетическому пакету — плану либерализации энергетического рынка Европы. «Южный поток» должен был заканчиваться в Болгарии, тогда как «Турецкий поток» заканчивается в Турции. Это было основной проблемой, поэтому и сделано отклонение от первоначальной трассы. Газ, поставленный по «Турецкому потоку», только потом будет переправляться в Европу, но и тут есть ограничение в виде транспортной инфраструктуры газа из Турции в Европу.

— Есть ли другие возможности обеспечить поставки газа в Европу?

— Разумеется, есть. Уже сегодня доля газа, поступающего из России в Европу, колеблется в районе 30% и будет уменьшаться. Напротив, значимость других источников возрастает. Сегодня речь идет, прежде всего, о газе из Норвегии и газе, импортированном на СПГ-терминалы. Это довольно стабильный источник, которому особенно ничто не угрожает.

— Вы часто говорите о роли СПГ в Европе. Вы видите будущее с СПГ?

— Я считаю, что самое большое будущее у СПГ. Его импорт в Европу, по некоторым оценкам, может увеличиться к 2020 году в два раза — прежде всего, из источников в Австралии и Соединенных Штатов. В данном вопросе многое будет зависеть от развития потребления газа в Европе, на которое может оказать влияние энергетика. Если в энергетическом балансе ЕС предпочтение будет отдано газу как подстраховке возобновляемых источников энергии, то, конечно, спрос резко пойдет вверх. 

В настоящее время самым большим ограничением является цена газа, которая, если говорить об использовании в производстве электричества, не может конкурировать с углем. Посмотрим, как на цене электроэнергии из угольных источников скажется реформа рынка квот на выбросы. В соответствии с этим можно будет давать более точные оценки.

Источник: inosmi.ru

 
Статья прочитана 7 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Здесь вы можете написать отзыв

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля